Глава VI - «Believe in Yourself»

Глава VI


Крим: если у меня Чиз потеряется,

сколько будет стоить его найти?

Вектор: чао 250 колец, если фото есть

Крим: а если мама?

Вектор: мамами не занимаемся

Крим: а почему?

Вектор: потому что невозможно

пойти в чао-сад и вырастить такую же

маму за 50 колец.


Тэйлз лежал на земле и вслух считал зажигающиеся одну за другой звёзды. Он часто так делал, несмотря на то, что это было занятием более для детей и романтиков, нежели для гениев. Хотя, в принципе, он и был ребёнком, на плечи которого свалилось слишком много испытаний в последнее время.

-…шесть, семь, восемь…

Интересно, зачем он это делает, если в энциклопедиях давно прописано число звёзд, видимых с Земли, их цвет, размер, температура… Лисёнок знал все эти параметры практически наизусть, но всё же приятно было просто так лежать и считать вспыхивающие во тьме огоньки:

- …двенадцать, тринадцать, четырнадцать…

Вот и зажглось на небе созвездие Соника. Точнее, раньше оно носило другое название, но потом, в честь того, что ёж разнёс юбилейную, пятидесятую базу Эггмана, его переименовали.

- …двадцать, двадцать одна, двадцать две…

Кстати о Сонике. Он с друзьями пытался навещать Тэйлза как можно чаще, но ГАН наблюдала за их домами. Пару раз жилища даже обыскивали. Ёж отнёсся к этому с юмором и оставил записку:

«Парни, в следующий раз, когда будете обыскивать квартиру без ведома хозяина, вешайте носки обратно на люстру. В противном случае я сообщу начальству, что вы плохо работаете».

«Парни» восприняли это, как издевательство (чем записка, собственно, и являлась) и не только перевернули и так не идеально чистую квартиру вверх дном, но и сломали эйрборд. Тэйлз предложил Сонику починить его, и ёж было согласился принести обломки в сад, но их остановил Вектор, который, к счастью, в тот день тоже пришёл навестить лисёнка. Крокодил заявил:

- Вы что! Если ты, Тэйлз, починишь эйрборд, то Сонику точно не отвертеться. Кто ещё может это сделать, кроме тебя? Вейв? Эггман? Не смешите меня, ГАН только и ждёт, чтобы вы это сделали.

Друзья признали его правоту, и ежу пришлось отказаться от полётов.

- …двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять…

Эми и Крим тоже осторожничали. Обидно, что друзьям приходилось терпеть столько неудобств, только чтобы не разоблачили его, Тэйлза. Хаотиксы наперебой предлагали «гениальные» планы, от которых у любого, кто более или менее разбирался в математике с физикой и сохранил инстинкт самосохранения, начинался неконтролируемый истерический смех.

- …тридцать одна, тридцать две, тридцать три…

Тоскливо и жутко было сидеть в одиночестве. Даже суетливые и вечно бодрые чао не могли развеять скуку. Соник, конечно, притаскивал новые книги, и лисёнок прочитывал их запоем, но гораздо больше ему хотелось экспериментировать. Вернуться в родную мастерскую, пускай бы даже и пришлось отстраивать её заново.

- …тридцать шесть, тридцать семь, тридцать восемь…

Прошло всего две недели, а лисёнок чувствовал, как медленно сходит с ума взаперти. За это время он облазил вдоль и поперёк древние руины и научился виртуозно нянчить чао… но совсем перестал улыбаться.

- …сорок пять, сорок шесть, сорок семь…

Каждая встреча с друзьями была как лучик света, прорезающий тьму. Но вчера и позавчера никто не смог прийти, и это заставляло лисёнка волноваться: а вдруг что-нибудь случилось?

- …пятьдесят, пятьдесят одна, пятьдесят две…

Его клонило в сон. Звёзды складывались в одно светящееся пятно, которое было гораздо ярче солнца. Но Тэйлза в последнее время пугали его сны. Он не помнил их содержания, но по утрам он вставал разбитый, как будто бы не спал несколько суток.

- …шестипятидесят сорок две, двунадесятью четырежды два…


***


Но не одному лисёнку не спалось этой звёздной ночью – Шедоу тоже предпочёл бодрствовать, сидя на подоконнике и глядя на сверкающий огнями город. Где-то там, внизу, за дверьми клубов, ресторанов и казино бурлила ночная жизнь – загадочно шуршали шёлковые платья, смеялись переливчатым звоном хрустальные бокалы, жужжа, крутились колёса рулеток. Ёж никогда не понимал этих приземлённых развлечений, предпочитая проверенную временем компанию: он, крыша и ночь, такая же чёрная и загадочная, как и он сам. Он давно бросил службу у Эггмана, открыто перейдя на сторону правительства. Но почему-то в последнее время ГАН не давал ему никаких заданий, а сам ёж не думал просить. Да и что они могли ему предложить?

- Как обычно, занимаешься самокопанием, Шедоу? – ёж оглянулся. За его спиной стояла женская фигура, одетая в форму ГАН. Большего в тусклом свете чердачной лампы (а ёж жил именно на чердаке дряхлой многоэтажки) разглядеть не удавалось.

- Шедоу, у организации есть для тебя работа.

- Да? – безучастно поинтересовался ёж. – Дайте угадаю… Переводить бабушек через дорогу? Гонять торговок с семечками у метро? Так, каким бредом вы там ещё занимаетесь… Ловить этого рыжего, как там его… Тэйлза?

- Мимо кассы. Я смотрю, ты преисполнен корпоративным духом и желанием работать.

- Я просто не собираюсь тратить свои силы на всякие глупости.

- Ладно, как хочешь. Мы искали настоящего героя, которому по плечу выполнить это задание, но нарвались на бездельника, которому всё по барабану. Ничего, Шедоу, можешь сидеть дальше. Мы с тобой свяжемся, как только придётся спасать Солнечную систему, – ехидно ответила девушка.

- Что за задание-то?

- После того как робот, построенный Тэйлзом…

- Сами хоть верите в этот бред?

- Позже всё объясню. После того, как этот робот атаковал нашу базу, мы лишились всего вооружения. И теперь нам нужна энергия, чтобы восстановить хотя бы часть арсенала.

- Предлагаете встать за станок, надеть фартук и изготавливать автоматы? – поднял бровь Шедоу.

- Дослушай! У нас есть проект машины, которая позволит значительно ускорить процесс, но она использует энергию Хаоса. Пары Изумрудов будет достаточно.

- Это по мне. Но почему бы вам не надеяться на машины и камни, а сделать всё самостоятельно?

- Сейчас мы напоминаем моллюска без раковины. В случае войны с тем же Эггманом мы бессильны. А в Сонике мы разочаровались с тех пор, как он начал покрывать Тэйлза. Кто знает, может быть, он тоже на стороне доктора?

- Большей глупости в жизни не слышал. Ну ладно, нужны Изумруды – будут вам Изумруды.

- Да, Шедоу, ты наша единственная надежда.

Ёж поморщился, как будто съел кислый лимон:

- Вот только не надо лести. Лучше скажите: есть какие-нибудь наводки, подсказки, где могут быть камни?

Агент развёла руками:

-Увы. Известно только то, что один из Изумрудов был украден. На фургон, который перевозил особо опасного преступника и Изумруд, было совершено нападение, причём одним из сотрудников. Преступник сбежал, и камень вместе с ним. Более того: предатель и сейчас работает у нас, но кто бы это мог быть, нам неизвестно.

-У меня есть пара мыслей на этот счёт, – хмыкнул Шедоу. – …Одна моя знакомая, впрочем, неважно, ХАОС КОНТРОЛЬ! - чёрный ёж исчез, всколыхнув столб пыли, мерцающий в лунном свете. Агент ГАН ещё несколько секунд смотрела на пустой подоконник ёж, а потом достала телефон и потыкала в кнопки:

-Штаб? Говорит Лилит. Да, нашла. Да, он согласился. Нет, все семь на него вешать не стала. Вы думаете, он согласится добровольно отдать нам мощь, которой достаточно, чтобы разнести планету? Не забывайте, что у нас есть и другие агенты. Но два камня уже можете смело положить в копилку, – Лилит победно улыбнулась и положила трубку. Да, люди, может, и были слабее физически, но это с лихвой компенсировалось хитростью и изворотливостью, которые зачастую были нужнее сверхзвуковой скорости или умения останавливать время.


***

-Ты снова здесь? – послышался из вязкого тумана скрипучий голос тряпичной куклы. Затем в белёсом мареве зажглась ярко-красная точка – горел тот дьявольский камень, который придавал Тэйлз Доллу силы. Лисёнку этот рубин всегда напоминал фонарик рыбы-удильщика, которая живёт где-то в южных морях, на самой глубине, и заманивает им глупых тропических рыбёшек. Сейчас, шагая навстречу двойнику, он сам напоминал себе эту рыбёшку, которая когда-то жила в ярком радостном мире, а потом зачем-то опустилась на илистое дно.

- Подойди сюда… поиграй со мной, – приторным, как пересахаренное варенье, голоском манила кукла. Тэйлз послушно шёл к ней, чувствуя, что ничего не может с собой поделать: ноги двигались чисто механически, хотел их владелец того или нет. Тело было полностью под контролем Долла, только сознание отчаянно сопротивлялось.

Нечеловеческим усилием воли лисёнку удалось отвести взгляд от мистического кристалла, и к нему снова вернулось ощущение собственного тела. Дьявольская кукла взвизгнула и исчезла. Вместо неё на лисёнка глядели тысячи тысяч собственных недоумённых отражений. Зеркальный лабиринт… снова. Тэйлз не знал, зачем, но ему нужно было выбраться. Это не удавалось ему в прошлые ночи, но, может быть, удастся сегодня?

Он блуждал здесь… Несколько тысяч ударов сердца? Километры шагов? Кубометры учащённого дыхания? Тэйлз не знал, как и не знал, где ему искать выход. Отражения вели себя фривольно, издеваясь над ним: строили рожи или попросту поворачивались спиной. В конце концов, окончательно измотанный, лисёнок обессилено опустился на колени и обхватил голову руками. Отражения, злобно скалясь, наступали на него, как вдруг…

- Тэйлз, проснись! – тревожный голос Крим смазанным эхом разнесся по лабиринту. Зазеркальные копии лисёнка почему-то прекратили наступать.

- Проснись же! – это уже Соник. По отражениям словно рябь пробежала.

- Тэ-э-э-эйлз! – Эми. И ещё его кто-то тряс за плечо, вытаскивая из трясины ночного кошмара. Лисёнок широко распахнул голубые глаза, недоумённо глядя на обеспокоенные лица Соника, Эми, Крим и Хаотиксов.

- Что с тобой? Мы не могли тебя разбудить!

Тэйлз поглядел на Эми, которая чуть не плакала. Он сам не понимал, что происходило. Почему они смотрели на него, как будто он вернулся с того света?

- Нам даже показалось… что ты… ты так лежал и ни на что не реагировал…

- Я… я не помню, ребята… Я, наверное, просто крепко сплю.

- Ничего себе крепко! Ты почти не дышал! И мы еле-еле нащупали у тебя пульс!

- Э-э-э… да? Но сейчас со мной всё в порядке. Честно, – твёрдо заявил лисёнок. Ночные страхи таяли на солнце, словно кусок масла на кончике ножа.

- Ты уверен?

- На все сто. А почему вы вчера и позавчера не пришли? – лисёнок перевёл разговор в другое русло.

- ГАН опять шпионили за нами. Буквально забаррикадировали двери и окна. Один даже пытался замаскироваться под розовый куст. Ну, Эми и сделала вид, что он куст. Полила его витаминизированной водичкой, с удобрением. Десяти леек не пожалела, – хихикнул Соник.

- Ну а Соник постоянно носился в магазин. То сыр дома кончится, то салат, то чилидоги… Шпионы долго от стенки отскребались, – улыбнулась Эми.

- Да, люблю я дверями со всей силы хлопать… Ну, это неважно. Так, Тэйлз, садись, ешь бутерброды и слушай… У Хаотиксов очередной план.

Тэйлз нервно сглотнул.

- И что на этот раз? Построить машину времени? Натравить на ГАН элитный отряд комаров с вирусом стирания памяти?

- Мы всё слышали, – буркнул уязвлённый Вектор, шепнув Чарми, чтобы он на всякий случай записал где-нибудь последний вариант.

- Нет, нет и нет, Тэйлз! Всё гораздо проще…


***


Шедоу деловито оглядел роскошную квартиру. Судя по всему, Руж дома не было. Конечно, ёж знал, что мышь, в связи со своей работой, не была домоседкой, но до последнего надеялся, что в этот раз она будет здесь и он сможет с ней всё мирно обсудить. Просчитался. Он всё ещё размышлял о том задании, что ему дали. Что-то не сходилось, но он не мог понять, что именно…

Ёж щёлкнул выключателем.

Одна комната и кухня, но обставлены они были роскошно. Повсюду пуфики, подушки, резные ножки и картины в тяжёлых рамах. На столике – пустая чашка с коричневым кофейным налётом и полуразложенный пасьянс. Шедоу присмотрелся и хмыкнул: на карте, которая, судя по всему, была загадана, был изображён Наклз. Но сейчас Шедоу было не до этого. Он почувствовал, как Изумруд в его руке нагрелся и засветился ярче, а значит, камень почувствовал брата, а если повезёт – братьев.

Но где бы Руж могла спрятать своё сокровище? Ёж ещё раз оглядел комнату и совершил самое банальное действие, на которое только способен грабитель: отодвинул картину с изображёнными на ней балеринами. К его удивлению, за картиной действительно оказался сейф, естественно, запертый.

«Я был прав. Это Руж украла тот Изумруд. Что же, придётся действовать исподтишка. Потом она поймёт, что я делаю только лучше…»

Ёж нахмурил лоб, прикидывая пароль. В голову ему приходила почему-то только одна комбинация.

- 2…0…0…1… – немедля вбил её Шедоу, за неимением лучших вариантов. И тут он удивился второй раз, потому что сейф беззвучно распахнулся, явив на бархатной подушечке два Изумруда Хаоса. Ёж, не веря своему счастью, протянул к ним слегка дрожащую от волнения руку… Неужели всё закончится так быстро?

- Разве тебя мама не учила, что чужое брать нехорошо? – хлёсткий удар по руке. Шедоу злобно посмотрел Руж, которая, в своей манере, появилась неизвестно откуда.

- Кто бы говорил, – огрызнулся он в ответ.

- По крайней мере, я хотя бы отключаю сигнализацию, чтобы не беспокоить хозяев, – мышь указала на мигающую красным огоньком коробочку, прицепленную к потолку.

- Мне просто нужны эти камни. Ты украла их у ГАН, я знаю. Я просто возвращаю их на место.

- Ты записался в борцы за добро и справедливость? – захлопала густо накрашенными ресницами мышь.

- Неважно. Это моя работа.

- Воровать фальшивые камни? Сомневаюсь, – Руж взяла фиолетовый Изумруд и сжала его в ладони. Тот чёрной пылью осыпался на бордовый ковёр. Шедоу зачарованно проследил за ним взглядом.

- То есть… они поддельные?

- Да, Шедоу. Обманки. Были и настоящие, но я лишилась их уже давно, а копии остались.

- Но кто-то участвовал в нападении на фургон, который перевозил камень и…

- …Тэйлза. Ты разве не слышал, что бедного лисёнка записали в преступники?

- Конечно, слышал. Такое пропустишь. То есть, ты хочешь сказать, это его перевозили?

- Да. И я была среди конвойных. Но мне стало жаль его, и я помогла ему сбежать. О камне я ничего не знала. Честно. Возможно, Тэйлз взял его.

- Ты? Помогать кому-то?

- Неужели… ты тоже думаешь, что я могу равнодушно пройти мимо страданий невинного создания?.. Шедоу… я считала тебя другом, на которого всегда можно положиться… который всегда может понять… – в глазах Руж стояли слёзы, такие же фальшивые, как и тот Изумруд, что она раздавила, но ёж об этом не знал. – Сначала ты хочешь меня обокрасть… потом считаешь меня чёрствой эгоисткой… – мышь отвернулась. – Пошёл вон!

- Руж, я не знал. Просто… это так неожиданно с твоей стороны, – дрогнул Шедоу.

- Я сказала – пошёл вон!

- Руж, извини. Сам не знаю, что на меня нашло. Просто мне дали это задание. И оно какое-то странное…

- Что в нём странного?

- На первый взгляд, ничего. Просто ГАНу понадобилось два Изумруда Хаоса.

- Не два, – неожиданно тихо ответила мышь.

- В смысле?

- Не два Изумруда. Не знаю, почему тебе ничего не сообщили, но… Они ищут все камни.

- Да? Но зачем?

- Лилит, наша начальница, говорит, что сама не знает. Говорит, что якобы чтобы восстановить утраченную технику побыстрее.

- Мне говорили то же самое. Но я уже пообещал, а значит – сделаю… Ты знаешь, где сейчас Тэйлз?

- Я знаю лишь то, что ГАН пока его не поймал, – не моргнув глазом, ответила мышь.

- Ладно, на одном камне свет клином не сошёлся.

- Ещё как сошёлся, Шедоу. Ты не боишься в придачу к найденным камням потерять свой?

- В смысле?

- Никто не знает, что они там задумали. Не отдавай ГАНу больше камней, чем они просят, а лучше спрячь свой. Как найдёшь остальные Изумруды – свяжись со мной, – попросила мышь.

- Спасибо, что помогла, Руж. ХАОС КОНТРОЛЬ! – мышь зажмурилась от яркой вспышки, а когда открыла глаза, о присутствии чёрного ежа напоминало только выжженное пятно на ковре.

- По крайней мере, он займётся делом, а то совсем скис, – сказала вслед Руж, потом подошла к сейфу и перенабрала код. Хитроумное устройство повернулось вокруг своей оси, словно брошенная игральная кость, и явило взгляду мышки такую же подушечку с Изумрудами, какую обнаружил Шедоу, но с той разницей, что фиолетовый камень, как ни в чём ни бывало, переливался всеми гранями в электрическом свете. Мышь взяла его, любуясь и чувствуя ту силу, которая так манила её, но которой она не могла воспользоваться.

-Учиться и учиться тебе, Шедоу, – вздохнула она и убрала Изумруд в сейф.


***


-Лучше бы это были комары, – простонал Тэйлз, рассматривая исчерченный сложными схемами песок под ногами.

- А что тебе не нравится? – удивился Вектор. – Всё предельно просто: мы строим какую-нибудь металлическую штуковину, которая смахивает на Эггмановскую, и натравливаем её на город от имени нашего любимого доктора. Соника эта железяка отправит в нокаут, жители в панике, и… – крокодил слишком сильно сжал пластмассовую бутылочку с острым кетчупом, отправив её содержимое прямо в Чарми. Тот с криком: «Горю!» бросился к ручью. Чао, подумав, что это такая новая весёлая игра, с радостным писком бросились за ним.

- …и тут появляешься ты и к Хаосу разносишь этого робота! – подхватил Соник.

- Ну, ладно Хаотиксы… Но вы, ребята? Это же чистой воды бред!

- Какой именно пункт тебе не нравится? – удивлённо спросила Эми.

- Ну хотя бы из чего мы его будем строить?

- Хаотиксы обещали помочь, и сказали, что сделают это относительно честным образом.

- Ладно, допустим, они достанут пару тонн металла и несколько километров проводов. А кто будет этим роботом управлять?

- Я буду, – вышел вперёд Эспио. – Когда ты разрушишь машину, никто не должен видеть того, кто сидел внутри. Только скажи, какие кнопки нажимать. Я справлюсь.

Аргументы кончились. Все выжидающе смотрели на Тэйлза.

- Хорошо, я попробую, – вздохнул лисёнок и шагом приговорённого к смертной казни поплёлся по направлению к складной чертёжной доске, которую ему ещё в первые дни добровольного заключения в саду принёс Соник. Правда, Чарми уже умудрился перепортить кучу дорогой бумаги, рисуя такие схемы, от которых Эггмана инфаркт бы хватил.

- Отлично! Вектор, может, стоит начать собирать материалы для строительства прямо сейчас?..


***


Стая пёстрых тропических рыбок испуганно шарахнулась от проплывавшего мимо механического чудовища, похожего на сказочного морского змея, которым в некоторых приморских деревушках до сих пор пугали маленьких детей. Он, хищно водя головой, совершил несколько витков и скользнул обратно, к причудливому коралловому рифу, мерцающему гирляндами голубых огней. При приближении становилось понятно, что этот риф создала не природа, а переплетения проводов, спрятанные под листами металла, и гениальный ум Эггмана, обладатель которого сидел в центральном здании нового, наполовину отстроенного, Гидрополиса и отдавал команды новой армаде подводных роботов:

- МУХАХАХА! Теперь этот ёж точно до меня не доберётся, даже если очень захочет… Куда вы тащите этот баллон! Быстро несите его обратно в третий сектор!.. Насколько мне известно, ему сейчас вообще не до спасения мира… Я СКАЗАЛ: В ТРЕТИЙ СЕКТОР! – механические крабы на тонких ножках зажужжали и бросились выполнять приказ. – В любом случае, тут он мне не помещает, а когда спохватится, будет слишком поздно!

Нужно отдать должное учёному, за это время он действительно сделал невозможное – практически с нуля создал новую империю, населённую странными созданиями, словно сошедшими со страниц приключенческих книг. Тут были и морские змеи, и трилобиты, и даже вымершие миллионы лет назад предки акул. Зная о слабом месте Соника – воде – он выбрал морское дно строительной площадкой для новой базы, создав единый отлаженный механизм, ничем не уступавший биологическому сообществу.

- Ещё пару недель… И все снова вспомнят гениального Эггмана! Но на этот раз они будут трепетать только от звука моего имени! И никакие синие ежи меня не остановят! МУХАХАХА! – доктор завершил свою речь точно так же, как и начал. Один особо чувствительный робот не выдержал его пятиминутного смеха и предпочел самоуничтожиться, предварительно оставив завещание, в котором оставлял свою серебряную маслёнку во-о-о-он той симпатичной механической пиранье…


^ Глава VII


Дорогой Хаос, я хочу научиться

разговаривать с людьми.

Или впадать в анабиоз. Одно из двух.

Шедоу


Давным-давно, ещё в прошлой жизни, Мария научила Шедоу простой детской игре: она брала какой-нибудь мелкий предмет, прятала его, а ёж должен был найти вещь, ориентируясь лишь по весёлым возгласам: «Горячо!» или «Холодно!» Кто бы мог подумать, что ему придётся вспомнить эту забаву? Что вновь придётся ворошить прошлое, о котором ёж столько раз клялся забыть, но которое всё равно стояло у него за спиной, тяжело дыша в затылок и затягивая в омут воспоминаний при каждом удобном случае? И что он, Совершенная Форма Жизни, ввяжется в очередную гонку за Изумрудами?

Шедоу отгонял от себя эти вопросы, пытаясь сосредоточиться на поисках камней. Эта миссия точь-в-точь копировала погребённую под осколками воспоминаний полузабытую игру, но вместо тесных коридоров колонии АРК была вся планета, а вместо голоса Марии – едва различимое тепло и свечение, исходящее от волшебного камня.

Уже несколько раз чёрный ёж ошибался, ведомый ложным сигналом своего Изумруда, который выводил его на искусные и не очень подделки. Шедоу это злило, но рук он не опускал, продолжая искать.

- ХАОС КОНТРОЛЬ! – тропический пляж, море мягко билось об нагретый солнцем берег, слегка пожелтевшие пальмы колыхались в такт музыке мягкого бриза. Единственный предмет, не поддавшийся жаре – камень в ладони. «Холодно!» – отозвался в глубинах души нежный голос из прошлого.

- ХАОС КОНТРОЛЬ! – заброшенный аэродром, поросший высокой, по пояс ежу, травой. Ржавый скелет самолёта – дунь, и разлетится замысловатой дорожкой по ветру. Камень по-прежнему был холоден и тускл.

- ХАОС КОНТРОЛЬ! – празднично украшенная улочка какого-то небольшого городка у подножия горы. Из распахнутых окон пахло клубникой, ванилью и корицей, а на подоконниках остывали свежеиспечённые пироги. Всюду сновали празднично одетые прохожие в нарядах из атласа, парчи и бархата, загадочно шуршавших и отливавших лиловым в свете ярко горящих фонарей. Но ещё ярче горел Изумруд. К искрящемуся камню уже устремились любопытные светлячки. Ёж нахмурился. Ему, привыкшему вечно быть в тени, не нравилось даже такое проявление внимания. Он с еле сдерживаемой тоской посмотрел на иллюминированную улицу и продолжил путь сквозь веселящуюся толпу, полуприкрыв глаза и пытаясь почувствовать малейшие изменения в температуре камня. Шедоу не знал, обманывал его Изумруд вновь или нет. Он протискивался сквозь толпу, попутно умудрившись сбить апельсиновую пирамидку с фруктового лотка. Маленькие солнышки раскатились по пыльной мостовой, но ежу не было дела до проклятий продавца.

«Какие глупые мелочи их интересуют! Праздно шататься по улицам, гоготать над балаганными шутами, набить брюхо и потом мучиться желудком… И этим созданиям Мария просила дать второй шанс?» – думал Шедоу, отдавливая ногу какому-то толстому лысому господину и не замечая этого: «Надеюсь, здесь мне повезёт. Если, конечно, мэр или какой-нибудь торгаш не сделали себе копию, чтобы потешить своё самолюбие…». Под недовольное шипение и брань расталкиваемых, чёрный ёж сам не заметил, как оказался у театральных подмостков, на которых разыгрывалась какая-то сценка. Он с тем же презрительным равнодушием наблюдал, как принцесса, которой на самом деле было давно за сорок, хваталась за сердце и корону из фольги, в то время как принц с глазами, цвету которых мог позавидовать любой кролик-альбинос, размахивал деревянным мечом, выкрашенным серебряной краской. Роль Главного Злодея, которому непременно надо было снести голову, играл металлический дракон, собранный из разномастных деталей. Рядом с чудовищем стоял очень гордый девятилетний мальчик, который одновременно умудрялся и дёргать за верёвочку, чтобы припадочный дракон вычихнул парочку жидких клубов дыма, и ковырять в носу. Но неизбалованный зрелищами народ была восхищена даже отвратительной игрой и убогими декорациями; Шедоу же был иного мнения. Он развернулся, поняв, что ловить тут было нечего, и продолжил движение через толпу. Изредка он улавливал восхищённые шепотки, вроде: «Эта малышка играет и превосходно!», «Да, она птица высокого полета, недаром так мечтает выбраться из нашего городка», «Она просто маленький ангел в этом наряде», адресованные, судя по всему, местной приме. Но Шедоу это никоим образом не касалось. Он продирался сквозь зевак, боясь использовать Хаос Контроль. Его Изумруд только-только вошёл в резонанс с другим камнем, но выброс энергии мог разорвать эту тонкую нить, чего ёж позволить себе не мог.

Шедоу недоумённо снял с колючки невесть как оказавшийся там карнавальный колпак и огляделся. Судя по всему, он миновал эпицентр праздника, и теперь всего лишь несколько десятков метров отделяло его тяжёлых кованых ворот, за которыми была видна извилистая тропинка, ведущая в горы. Он чувствовал, что поверхность Изумруда стала гораздо теплее, чем на площади, и это внушало ему надежду, что цель близка. Он зашагал по тёмной улице, созывая всё новых и новых светлячков на зелёный свет мистического камня, словно крысолов из детской сказки.

Так, практически в полном одиночестве, чёрный ёж достиг ворот, за которыми в сумерках угадывалась припорошенная снегом тропинка. Он толкнул створку, та со скрипом поддалась, как будто стирая границу между праздником и ледяным ветром, бросившим в Шедоу пригоршню колючего снега:

- Эй, ёж, зачем тебе опять туда нужно? – окликнул его дребезжащий голос. Шедоу недоумённо оглянулся. Но старик в рваном плаще, стоящий в паре метров от него, не представлял никакой опасности.

- А разве мы встречались? – холодно ответил ёж, чувствуя, как нетерпеливо горит в руке Изумруд, зовя за собой.

- Эх, молодость… ты же полгода назад с таким рыжим, вертлявым прилетал сюда, Эггмана громил.

- Вы что все, дальтоники? Я Шедоу! – раздражённо прошипел ёж. Он так и не мог смириться с тем, что все путали его с Соником.

- Как же не ты? Ещё взорвать Эггмана хотел, да рыжий тебя отговорил, сказал, что лавина может сойти и город за собой унесёт. Ну, ты повоевал, речи героические покричал и улетел.

- Говорю же, это был не я! Старик, что ты ко мне привязался? – Шедоу приготовился невежливо прервать пустой разговор, но старик с несвойственной для его возраста прыткостью схватил его за руку и зашептал:

- Так вот. Дом-то Эггмановский, как там по-новому? «Базу»-то ты развалил, видал, какого змия огнедышащего внучек мой из остатков собрал? Загляденье! Развалить-то развалил, но давеча я видел птица железного, над горой парящего. И не я один. Малой-то, у него зрение получше, говорит, что в когтях у птица камни драгоценные сверкали.

Шедоу напрягся:

- Как они выглядели?

- Эть, милок, тебе не ко мне, а к внуку моему надо. Он говорит, ить яркий такой, светится… Вот, кстати, и он, – старик указал скрюченным пальцем на того самого мальчишку, который отвечал в театре за «спецэффекты». Тот бежал к старику со всех ног, явно собираясь что-то рассказать:

- Деда, тут та-а-а-акое!.. – выдохнул паренёк.

- Потом расскажешь, – отмахнулся старик. – Лучше помоги-ка этому юноше (юноша с каменным лицом наблюдал за происходящим). Помнишь те камни, которые птиц нёс?

- Да вот же он! – парень бесцеремонно ткнул грязным пальцем прямо в Изумруд. Шедоу поморщился. – Только там был жёлтый… и красный… и…

- Всё-то он помнит! – гордо заявил старик, потрепав парня по рыжим волосам.

- Ещё бы, я хочу выучиться и стать великим изобретателем! Только добрым, а не как Эггман! Дяденька ёжик, а ты ведь хочешь забрать этот камень? А можно я с тобой? Я там уже был, дорогу знаю, – глаза мальчика горели любопытством и жаждой приключений. Проблема заключалась лишь в том, что Шедоу, в отличие от безбашенного Соника, не любил втягивать в свои приключения посторонних.

- Нет, – отрезал чёрный ёж. Ему хотелось как можно быстрее заполучить Изумруды.

- Ну дяденька…

- Меня зовут Шедоу! И я не собираюсь брать с собой лишний балласт.

- Давай я тебе тогда про робота расскажу! – нашёлся паренёк. Шедоу, в который раз порывавшийся идти, остановился, подумав, что лишняя информация о противнике не помешает. – Выглядит он, конечно, ржавым, и крылья все рваные, но летает шустро. Пушек на нём нет, зато когти острые и броня прочная, но местами провода торчат. По ним бить и надо, – ёж молча кивнул. Парень расстроился.

- Он просто вечером пролетал и быстро так: вжжжух… У него броня местами ещё странно так отливала, будто зеркальная… - припомнил мальчик.

- Отлично, – снова кивнул ёж и, не прощаясь, покинул мир праздника, но две фигуры: сгорбленная высокая и низкая - долго смотрели вслед растворившемуся во тьме Шедоу.

- Деда, а почему этот ёжик ищет камни?

- Я не знаю. Мы живём на краешке мира, новости обходят нас стороной. Только Эггман поселился, и то мы о нём почти ничего не знаем. То ли хочет всех в роботов превратить, то ли гигантский карнавал из планеты устроить… А с помощью этих камней можно силу получить великую и любого врага победить, только это не каждый сделать может.

- А кто может?

- Тот, у кого помыслы чисты, а в сердце нет места страхам.

- То есть этот ёж на самом деле хороший?

- В каждом живёт частичка добра, просто не каждый выставляет её напоказ. Чистого зла на свете не бывает, потому что даже в самую тёмную ночь за тучами мерцают звёзды, а на дне самого глубокого океана спит жемчужина. И этот странный ёж – не исключение. Помнишь, какую он пламенную речь на площади произнёс, когда победил в прошлый раз? Наверное, сегодня он просто был не в настроении.

- Э-э-э… дед, по-моему, это был другой ёж, синий. А этот чёрный.

- Да? А, по-моему, никакой разницы. Но слова мои всё равно запомни.

- Эх, де-е-ед…

***

Шедоу шёл по тропинке, закрываясь от колючего снега. Он делал это скорее интуитивно, чем от неприятных ощущений. С каждым преодолённым склоном Изумруд светил всё ярче, заменяя собой фонарь. Наконец вдали показалась полузанесённая снегом конструкция, которая когда-то была базой Эггмана, а сейчас – всего лишь бесполезным хламом.

Сильный порыв ветра отодрал один из жестяных листов и снёс его в сторону, открывая ещё один вход. Ёж, стараясь не шуметь, чтобы не спугнуть добычу, ожидавшую его внутри, метнулся туда, очутившись в царстве снега, разбитых стёкол и деталей от механизмов. Всё здесь было мертвым: уныло свисающие провода, потухшие мониторы, запавшие кнопки на приборных панелях и датчики, навсегда застывшие на нулевых отметках.

«Оно, наверное, даже взлететь бы ещё не смогло… Оперативно», – отметил про себя чёрный ёж, оглядывая погром и отыскивая взглядом ту птицу, о которой рассказывал старик и его внук. Камень Шедоу буквально пылал в руке, но отклика от его братьев не было слышно. Нахмурившись, ёж ещё раз обозрел окружение, как вдруг мощный воздушный поток, сопровождаемый отвратительным металлическим скрежетом давно не смазанного механизма, сбил его с ног. Ёж перекатился по полу и вскочил в противоположном углу, оглядывая своего соперника. Мальчик не врал: это действительно была металлическая птица, хотя её крылья скорее были сравнимы с крыльями летучей мыши: кости заменяли железные суставы, а перепонками служила местами рваная фиолетовая ткань. Вообще, птица выглядела очень потрёпанно, но её механизм работал как часы.

«Видно, она проектировалась Эггманом, чтобы собирать Изумруды Хаоса! База разрушена, да и управление робот потерял, но до сих пор по привычке тащит найденные камни сюда», – догадался ёж, а вслух произнёс:

- Ладно, птичка. Я тороплюсь, поэтому… ХАОС КОПЬЁ! – проверенный временем приём на этот раз не сработал. Молния отразилась от зеркальной груди птицы и понеслась по направлению к своему создателю. Ёж вновь перекатился и присвистнул, увидев выжженное пятно на том месте, где он находился мгновение назад.

- Неплохо, неплохо. А если так… ХАОС КОПЬЁ! – этим ударом Шедоу рассчитывал сбить крыло робота, но вся энергия странным образом перенаправилась на грудь, вновь обращаясь против ежа, который заблаговременно наблюдал за происходящим уже совсем с другого ракурса.

«Каким-то образом вся энергия Хаоса притягивается к её груди. Должен быть способ обмануть этого робота… ну, например…» – протянул про себя ёж, оглядывая место, предоставленное ему для маневра. – «Нет, это должно быть открытое пространство».

Шедоу выбежал наружу, выманивая робота. Тот взмыл вверх, проделав дыру в крыше, и приготовился к атаке.

- ХАОС КОНТРОЛЬ! – и ёж сидел на шее у механической птицы. Робот стал бить крыльями в надежде сбросить всадника, но Шедоу ловко балансировал, не позволяя сделать это. У него никак не получалось заставить его спуститься вниз, на землю, и теперь он стоял перед выбором: искать другой путь или уничтожить птицу, чьё падение могло вызвать лавину, как предупреждал старик. Робот тряхнул головой, чуть не сбросив Шедоу. Времени на размышления не было.

-ХАОС КОПЬЁ! – на такой необычный угол прицела птица явно была не рассчитана, потому что отражённая молния начисто сбрила ей голову. Лишившись центрального процессора, находящегося там, тело с грохотом упало на землю, и заснеженные горы эхом вторили смерти робота. Но Шедоу не обратил на это ровно никакого внимания. Он разглядывал гнездо, в котором вместо яиц лежали два Изумруда Хаоса: жёлтый и красный. Шедоу поочерёдно взял их в руки и - о чудо! - камни оказались настоящими, не рассыпались прахом, как те, что чёрный ёж находил до этого. А это значило, что его поиски были завершены.

Гул нарастал. Лавина катилась с горы, беспощадно подгребая под себя всё вокруг, ломая деревья, как спички...

«Хаос, жертвы мне не нужны…»

Шедоу не стал телепортироваться, а встал один на один против снежной волны, готовясь дать отпор стихии. Возможно, раньше он бы, не задумываясь, покинул это место, но почему-то ему вспомнился тот парень, который изо всех сил пытался ему помочь...

Вспышка… Сотни радуг отразились в каплях горячего дождя… Такого мощного Хаос Бласта у ежа не получалось никогда. Только желание исправить свою ошибку заставило Шедоу выбросить почти всю энергию на то, чтобы предотвратить созданное им бедствие. Снег, растопленный энергией Хаоса, безобидным дождём обрушился на ночной город, наутро вызвав немалое удивление у жителей. Но ежу было всё рано, что подумают об этом люди.

^ -ХАОС КОНТРОЛЬ!..

Едва оказавшись дома, на чердаке, Шедоу бросился искать старую рацию, которая пылилась у него без дела. Наконец, чёрная трубка оказалось у ежа в руках. Он прислушивался к шипению трубки, пока не услышал искажённый голос Руж:

- Шедоу, ты уже управился? – удивилась она.

- Да, и сейчас собираюсь в ГАН. Свой камень оставлю здесь. Ты права, так надёжнее.

- Прошу тебя, будь осторожнее, Шедоу.

- Да что они мне сделают, – ёж прервал связь и переключился на другую частоту.

- Я достал Изумруды, – сообщил он Лилит.

- Отлично, Шедоу, мы в тебе и не сомневались. Ты не представляешь, как много сделал для нас. Я буду ждать тебя в зале для совещаний на десятом этаже.

- Хорошо.

Ёж взглянул на три камня, что были у него в руках. Зелёный Изумруд, который стал практически родным, он решил сохранить. Шедоу огляделся и, не найдя лучшего места, положил камень под старый матрас. Это далось ему нелегко, ведь он так привык к сиянию Изумруда в своей ладони, что на секунду ощутил, будто оторвал от себя какую-то небольшую частичку…

«Ладно, другие тоже сойдут», – подумал Шедоу, переносясь прямиком в кабинет.

Как ни странно, зал оказался пуст. Судя по всему, Лилит задерживалась. Шедоу сел на удобный стул, терпеливо дожидаясь начальницу. Всё, он отдаёт Изумруды и выбывает из игры – слишком она странная.

Внезапно на столе ожил ноутбук:

- Голосовое сообщение для Лилит Сниферсон… – мелодичным женским голосом произнесла программа, а потом резко переключилась на мужской тембр. – Итак, Лилит, надеюсь, ты уже получила камни от Шедоу и мы можем перейти к обсуждению следующей части нашего плана…

Ёж слушал, затаив дыхание, а неизвестный мужчина всё вещал и вещал. Неожиданно, одновременно с окончанием голосового сообщения, хлопнула дверь.

- Шедоу! – ахнула Лилит. – Ты всё слышал!

- Да, – ответил ёж, вскочив со стула. Тот с грохотом упал, но никого это не волновало. – И я не могу допустить, чтобы это произошло. Вы монстры, вы даже не понимаете, что творите! «Усиление вооружения», да?

- Шедоу, ты всё не так понял…

- Я. Всё. Правильно. Понял.

- Что ты понял? Ты знаешь, для блага ГАНа…

- Для блага ГАНа? Для блага ГАНа вам нужны Изумруды? Для блага вашего чёртового ГАНа вы собираетесь сотворить со мной и остальными
4684785095382080.html
4684839015253390.html
4684930268131515.html
4685093133150920.html
4685253358928979.html